Итальянские впечатления. Вечерний Рим

Есть счастливые люди, которые могут невзначай подчеркнуть свою оригинальность и тонкий вкус, заметив, что в Италии им больше всего понравилось отражение палаццо в каналах Венеции, нежная прелесть Флоренции или угрюмая громада нависающего над водой замка Скалигеров в Сирмионе. Я не так оригинальна: наибольшее впечатление на меня произвел Рим  —  этот город, обрушивающийся на тебя всей массой своих трех тысячелетий и рассыпающийся затем, как огни фейерверка, на сотни, а может быть, и тысячи античных храмов, христианских базилик, фонтанов, обелисков, музеев – того, что невозможно осмотреть ни за день, ни за неделю, ни за месяц.  Здесь нужно жить и любить этот город, и изучать его – каждый день и всю жизнь, пристально и не спеша…

Впервые я  увидела Рим вечером. Перед началом экскурсии наш гид Аня обрисовала шоферу автобуса маршрут, которым она хотела следовать. Разговор шел по-итальянски; мы внезапно услышали веселый смех Джузеппе. Вернувшись к нам, Аня объяснила, что он сказал: «Ты хочешь за один вечер показать им ВЕСЬ РИМ?»


Экскурсия продолжалась более четырех часов, начавшись чуть раньше заката солнца и закончившись близко к полуночи. Нам повезло: это был вечер воскресенья; благоразумные римляне уже ложились спать, чтобы, выспавшись, утром начать новую рабочую неделю; туристы, приехавшие в Рим на выходные, уже отправились домой.

Весь Рим принадлежал нам. Площади были пустынны, фонтаны тихо струились в темноте, и в самых посещаемых туристами местах не было ни души. Я понимаю и раскаиваюсь: я такая же туристка, как и все, и у меня не больше прав на Италию, чем у остальных; но так хочется рассматривать итальянские красоты, когда между твоими глазами и этими красотами не мельтешат десятки голов и рук, поднимающих фотоаппараты!
В этот вечер наш экскурсовод не останавливалась на подробностях: нам не рассказывали о пожизненной вражде между двумя гениями барокко Бернини и Борромини, не обрушивали на наши головы глыбу авторитета Микельанжело…Нам было сказано: «Все это вы еще увидите днем», и в тишине темных площадей только звучали смутно знакомые имена: Чирко Массимо… Палатин… Термы Каракаллы… амфитеатр Флавиев… Палаццо Венеции… Виа дель Корсо… Витториано…

Почти ничего не запомнилось, кроме общего впечатления: в Риме нет «неисторических мест». Если ты стоишь где-то  и видишь прямо перед собой какой-то вроде бы сосем непримечательный дом, значит, тебе нужно просто обернуться – сзади обязательно что-то найдется. Отчаявшись, можно сказать просто по-русски: «Плюнуть некуда!»

Первое впечатление полностью подтвердилось на следующий день. Обедали на вокзале Термини: суперсовременное сооружение, суета, кафе самообслуживания. Я принесла свой поднос с едой к одному из столиков в большом зале, устроилась удобнее, взяла вилку, нечаянно подняла глаза… и застыла с открытым ртом. За огромной стеклянной стеной зала открывался потрясающий вид на какие-то античные развалины, разбросанные среди зелени. Я поглощала очередной вид итальянской пасты; вокруг меня также сосредоточенно жевали туристы, итальянские железнодорожники, итальянские командированные, какие-то люди слегка восточного вида, какие-то совсем подозрительные люди… а над всем этим возвышались Термы Диоклетиана. Я пожалела, что, отправляясь обедать, оставила в автобусе фотоаппарат; второй раз я пожалела об этом, когда вышла на перрон и оценила красоту вокзала Термини и прибывающих красных и синих поездов. А также красоту формы итальянских железнодорожников!


У меня создалось впечатление, что этот ошеломивший меня эффект  был задуман проектировщиками вокзала. И форму работников железной дороги тоже способные дизайнеры создавали… Не удивительно: ведь не напрасно итальянцы учат историю искусств в средней школе!

Лишь дважды на нашей вечерней прогулке нам встречались людные места. Один раз в центре какой-то площади, заполненной зрителями, на временной эстраде ансамбль танцевал… лезгинку: взаимопроникновение культур.

Второй раз мы попали в людскую толчею у фонтана Треви. И какую толчею! Возникло ощущение, что все, кто не спал в Риме к этому времени, собрались здесь. Конечно, это красивый фонтан, но не только красотой он привлекает туристов всего мира: это место проведения особого туристического ритуала. Беспрестанно низвергающаяся стена воды в грандиозном оформлении, где над водой – не застыли – живут! – подавляющие своим величием фигуры: Нептун; тритоны; морские кони, несущие колесницу, и еще много других фигур; все сооружение высотой почти 26 метров. И невероятная толчея; но толчея культурная: найдя один из проходов, можно спуститься к воде и выполнить ритуал: бросить в фонтан Треви монетку — для того, чтобы снова вернуться в Рим. Причем бросить не просто: это нужно сделать правой рукой через левое плечо, стоя спиной к фонтану; при этом нужно успеть обернуться, чтобы увидеть, как монета падает в воду. Ну, а если не в воду, а на землю рядом с фонтаном – не будет вам счастья! Две монетки – любовная встреча; три монетки – скорое бракосочетание. А где-то рядом еще есть две текущие струи воды, испив одновременно из которых, влюбленным нужно поцеловаться, чтобы любовь была вечной. Говорят, что муниципалитет Рима извлекает из фонтана Треви до 700 000 евро в год. Выгодно? Выгода обоюдная. Думаю, что действие сие ставит жирную точку на карте путешествия и в памяти путешественника; иной бы, может быть, и не запомнил бы этот фонтан среди других чудес Италии, но, бросив монетку, поцеловавшись, постояв в этой невероятной толпе , не забудет фонтан Треви никогда.

Здесь же, около фонтана, работающие в режиме «нон стоп» магазинчики, торгующие, в основном, сувенирами и мороженым. Есть и один «маколет», как нам обрисовала его предварительно наш гид, пообещав, что мы, возможно, что-нибудь сможем купить там на поздний ужин. Зашла я: не-е-е-т, это – не «маколет»… молока нет! Зато какой выбор вин! Оно и понятно: в такой час немного сыщется у фонтана Треви сумасшедших, желающих купить молока; а вот вина покупают охотно.
Я человек городского воспитания и к толпам людей на улицах привычный. Но здесь, около фонтана, у меня возникло странное ощущение, что между мной и окружающими людьми нет свободного пространства, и мои руки – уже также и чьи-то чужие руки; мои ноги – также частично уже чьи-то чужие ноги… и сумка с деньгами вот-вот тоже станет общей… Опасения небезосновательные, поскольку за 8 дней в нашей группе экскурсантов почти не осталось человека, у которого бы не пытались открыть сумку.
Спасла положение – кто бы вы думали? – Лимор Ливнат, которой вздумалось в это время в сопровождении большой группы охранников прогуляться возле фонтана Треви. Немедленно вслед за этой группой из ниоткуда возникла машина карабинеров, которая остановилась точно напротив фонтана. С появлением карабинеров толпа слегка поредела; возможно, что она, действительно, состояла не только из туристов.

Фонтан Треви был последним пунктом нашей ночной экскурсии. Как и обещала наш гид, почти все римские чудеса мы затем увидели и рассмотрели при дневном свете.  Почти все, но не все. Остались неосмотренными места, к которым римляне относятся без особой любви и восхищения. Мы не осматривали днем грандиозный ансамбль «Витториано» — памятник объединению Италии (состоявшемуся ровно 150 лет назад) и одновременно королю-объединителю Витторио Эммануэле II, там же – Могила Неизвестного солдата и Алтарь Отечества. Построено в 1911 году; говорят, что римляне иногда с насмешкой называют сооружение «пишущей машинкой» или «свадебным тортом». Действительно, есть некоторое сходство…

Только вечером мы видели архитектуру периода Муссолини: тяжелые, монументальные здания, напоминающие о тяжелой поступи неудержимых римских когорт. По воле Муссолини была проложена широкая, предназначенная для массовых народных шествий и триумфальных кортежей Форе Империало, и проложена отнюдь не по пустырям: под асфальтом Форе Империало ушли в небытие  почти полностью грандиозный форум Траяна, а также форумы Цезаря, Августа, Нервы и Веспасиана, от которых сохранились только разобщенные небольшие фрагменты.
Сейчас спорят о ценности архитектуры фашистской Италии, а также о личности  самого Муссолини. Говорят – был неплохой идеолог, пытался воссоздать славу Древнего Рима, о народе Италии заботился; только вот с плохой компанией связался – Гитлером, который сбил дуче с первоначального истинного пути и скомпрометировал идею фашизма. Можно, конечно, говорить и так, но историю не отменишь; известно, что хотя Муссолини далеко отстал от Гитлера в массовом истреблении своего и чужих народов, но тоже успел немало дров наломать, за что и получил по заслугам.

Увидев в конце экскурсии этот ярко освещенный ресторанчик, я вспомнила, что в простоте душевной представляла перед экскурсией, что увижу все шедевры архитектуры Рима вот в таком приблизительно освещении, ярком и многоцветном. Оказывается, что и в освещении  итальянцы знают толк. Я представила Пантеон освещенным вроде этого ресторанчика; ужаснулась и признала свою неправоту…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *